Нам кажется, что выгорание — явление новое и беспрецедентное, что оно возникло из-за нашей привязанности к цифровым технологиям и необходимости сутками напролет сидеть за работой в душном в офисе, преодолевая ненависть к своим обязанностям и презрение к коллегам. Но, судя по всему, мы не первые столкнулись с этой проблемой. Она получила распространение еще в викторианскую эпоху — под названием переутомление.
Автор: Сэлли Шаттлворт, профессор английской литературы в Оксфордском университете
Например, в XIX веке один доктор по имени С. Раут опубликовал книгу, которая выдержала целых четыре издания, называлась она On Overwork and Premature Mental Decay: Its Treatment (О переутомлении и преждевременном умственном упадке: методы лечения). Хотя язык написания и отличается, темы в книге поднимаются абсолютно те же. Викторианское переутомление было новым явлением, порождением эры империализма и промышленной революции, со всеми ее железными дорогами и телеграфами, что связывали мир воедино и приводили к постоянному ускорению темпа жизни.
Люди в то время, без сомнения, были приверженцами того, что философ Томас Карлайл называл the Gospel of Work, что по сути означало, что добросовестный труд воспринимался как неотъемлемая часть жизни праведного христианина. Но в тоже время они прекрасно знали и о возможных серьезных последствиях для здоровья, которые могли последовать за исповеданием этой новой религии.
В США переутомление было признано болезнью: американский врач-невропатолог Джордж Бирд ввел для его обозначения новый термин — неврастения — расстройство, связанное с нервным перенапряжением. Однако в Великобритании переутомление воспринималось скорее как признак мужественности и иногда даже становилось предметом гордости.
Наподобие нашего эмоционального выгорания управленцев, в ту эпоху феномен переутомления ассоциировался прежде всего с умственным трудом и высшими, образованными слоями общества. Так что, обычные рабочие просто не принимались во внимание. И, что примечательно, особое беспокойство вызывали сами представители благородной профессии врачей.
Вышеупомянутый Раут приводит случай своего друга, успешного терапевта Голдинга Бёрда. Последний настоятельно призывал Раута не упорствовать в своей работе и советовал каждый год брать хотя бы полтора месяца передышки: «Иначе в моем возрасте хоть вы и станете успешным врачом, вы будете чувствовать себя умирающим стариком.» И вот Бёрд продолжил заниматься своей медицинской практикой, и всего спустя несколько недель умер. Ему было 39 лет.
Путешествия для оздоровления
Для тех людей (представителей высших слоев общества, разумеется), кто страдал от переутомления или других нервных расстройств, главной рекомендацией было путешествие на какой-нибудь курорт, желательно в Европе.
В 1870 году шотландский публицист Уильям Чемберс опубликовал книгу Wintering at Menton (Зима в Ментоне), в которой описал свой случай — переутомление, полученное в результате работы лорд-мэром Эдинбурга, — и процесс своего выздоровления. Там он пишет о невероятных по красоте пейзажах этого местечка на Лазурном Берегу, о глубине небес, о мягкости климата и призывает своих современников пересмотреть свой взгляд на жизнь. Слишком многие сами загоняют себя в могилу, «погрязнув в лихорадочной, можно сказать, сумасшедшей борьбе. Слишком долго и слишком усердно они добровольно идут на поводу у своих профессиональных устремлений».
Со временем Ментон стал одним из любимых мест англичан для восстановления сил и выздоровления от различных болезней. Отчасти этот рост популярности связан с именем другого врача — Джеймса Генри Беннета, который во второй половине XIX века опубликовал несколько знаковых работ, среди которых были Menton and the Riviera as a Winter Climate (Ментон и Ривьера как место для зимнего отдохновения) и цикл книг Winter and Spring on the Shores of the Mediterranean (Зима и весна на Средиземноморском побережье).
Зима и весна предлагали читателю полное руководство по путешествиям в оздоровительных целях, т.н. travel for health, а также включали подробное описание всех средиземноморских курортов, заключая, однако, что самый приятный климат и лучшие условия для восстановления предлагает именно Ментон.
Истоки того громадного влияния, которое оказали работы Беннета, лежат в его личном опыте, в том, что он сам прошел этот путь выздоровления. И вот в предисловии он описал свою историю:
«25 лет жизни, что я посвятил изнурительной работе, и постоянные заботы, присущие жизни занятого лондонского врача, истощили мои жизненные силы. В 1859 году я заболел туберкулезом и начал тщетно пытаться остановить его развитие.»
Беннет отправился на Ривьеру с мыслью, что ему остались считанные месяцы. Но, оказавшись под «голубым небом» Ментона и «освободившись от забот и волнений прошлой жизни», он с удивлением обнаружил, что пошел на поправку. Так что, он принял решение проводить там каждую зиму, и стал советовать то же своим пациентам. Впоследствии Ментон из маленькой деревеньки вырос в главный курорт средиземноморского побережья Франции, с собственным, что примечательно, английским кварталом.
Революция в медицинской климатологии
Беннет стал ключевой фигурой в развитии нового направления медицины, получившего название «медицинская климатология». Считалось, что пребывание на морском побережье в условиях правильного климата может излечить или хотя бы приостановить развитие многих болезней (в том числе туберкулеза).
Частично это стало реакцией на смог промышленно-развитых городов. Зимой «грудные болезни», как они назывались в то время, безусловно переносились лучше на чистом воздухе под голубым небом Ривьеры.
В то время методы лечения, предложенные Беннетом, произвели фурор. Без каких-либо лекарств, больные могли наконец вырваться из жарких, душных английских больничных палат и отправиться в горы купаться в лучах солнца и дышать чистым воздухом, упиваясь красотой окружающей их природы.
Такое лечение рекомендовалось также пожилым и людям со слабым здоровьем. Каждый день их можно вывозить в новое живописное место: «Таким образом, можно, избавив от переутомления, показать им местные пейзажи, дать насладиться природой во всей ее красе, и благодаря такой перемене освежить их разум.» Это кстати дает возможность под новым углом взглянуть на нашу современную систему заботы о пенсионерах.
Страдающим от переутомления Беннет советовал провести на побережье по меньшей мере три зимних сезона. Конечно, это очень сильно отличается от того, чтобы провести пару недель в санатории, как эта болезнь традиционно лечилась в XVIII веке, или от наших перерывов на восстановление сил и регулярного посещения психологов.
Беннет предложил методику лечения в стиле узаконивания безделия, когда перегруженные люди, которые только и делают, что работают, могут полноправно сделать перерыв и провести какое-то время в «тихом созерцании», греясь на солнышке «как увечная ящерка на стене».
В «прекрасный Ментон» стекался свет общества: сюда своего больного гемофилией сына Леопольда привозила Королева Виктория; сюда же съезжались писатели и художники — от писательницы Кэтрин Мэнсфилд и художника Обри Бёрдслей до Роберта Льюиса Стивенсона, которые оставили замечательные записи о своих впечатлениях, о времени, проведенном на этом курорте.
Так что, ключом к лечению викторианского переутомления являлось время. Жителям больших городов той эпохи, было нужно вырваться из постоянной суеты и бесконечных забот, замедлить неумолимо ускоряющийся темп жизни. Они и тянулись на курорты, где можно было предаться вполне себе заслуженному безделию, отдавая себя в руки целебных сил окружающей природы.
Оригинал: The Conversation
