Знакомьтесь: злейшие в мире муравьи

Аргентинские муравьи захватили все континенты за один век. Можно ли их остановить?

Эннели Ньювитз

Я вела борьбу с муравьями около года прежде чем стала интересоваться паттернами их поведения. Моя военная тактика против захватчиков была в духе типичного эко-нерда из Сан-Франциско. Я использовала нетоксичный спрей из апельсиновых корок чтобы отогнать их (на самом деле это неплохо работает) и разместила ловушки с нетоксичным сахарным ядом рядом с трещинами, которые они использовали, чтобы проникнуть в дом. Но эти маленькие коричневые насекомые производили впечатление неудержимых. Они набрасывались на свои цели, казалось бы, из ниоткуда. Я могла оставить кошачью еду и, вернувшись через 45 минут, обнаружить толстую извилистую линию муравьёв, снующих между щелью в стене и их целью. Если я блокировала след ядом, то они появлялись из другой трещины со стороны кухни. Или у основания лестницы. Или в моей ванной.

По необходимости я провела много времени, наблюдая за этими неутомимыми насекомыми, преодолевавшими все препятствия. И после всех наблюдений начала замечать вещи, которые заставили меня задаться вопросом — кто же эти насекомые на самом деле?

Когда мои соседи поливали растения на нашем заднем дворе, я видела, как муравьи выбегали из кирпичных трещин, пытаясь спастись от воды. Присмотревшись, я обнаружила, что в своих челюстях они несли белые пучки, в которых узнавались яйца и личинки. Эти муравьи спасали свой выводок от водного апокалипсиса не обращая внимания на людей.

Позже, наблюдая за группой муравьёв, марширующих по моей кухне, я обратила внимание, что один из них был огромным — вдвое больше, чем типичный работник, с вытянутым в форме пули животом. Я наблюдала королеву муравьёв, следующую через мою кухню. Это было впечатляюще и действительно волнительно. Никогда не слышала о муравьиных королевах, передвигающихся под открытым небом. Я думала, что они машины по откладыванию яиц, вроде Королевы Чужих, которые никогда не покидают глубочайшие уровни гнезда.

Сделав снимок, я начала сравнивать её с изображениями других муравьиных королев в Калифорнии. Быстро стало ясно, что она была членом Linepithema humile, в просторечии известном как аргентинские муравьи (хотя они также происходят из Бразилии и других стран Южной Америки). И только теперь до меня дошёл весь масштаб проблемы.

Один из наиболее агрессивных видов муравьев в мире поселился в моем доме.

 

Мир Linepithema humile

L humile — это не ваш стереотипный вид муравьёв, с одной королевой и множеством работников, которые трудятся в одном гнезде. У аргентинских муравьёв есть несколько маток на колонию, их количество может достигать 300 на каждую тысячу работников. Это делает их практически неубиваемыми с помощью ядовитых ловушек, которые работают по принципу того, что работники приносят вкусные токсины к королеве, чья смерть разрушает колонию. Когда есть много королев, это не является эффективной стратегией.

Аргентинские муравьи являются необычными и в других вещах. Они не строят одно большое гнездо с большим количеством туннелей и комнат. Вместо этого они живут во временных сетях неглубоких гнезд, которые меняются изо дня в день. Именно их способность резво передвигаться большими группами помогла таскать еду моего кота столь быстро — и вот почему они были в состоянии собрать свои яйца и бежать от наводнения в моём заднем дворе как хорошо подготовленные бойцы. Даже когда они не убегают от человеческих садоводов, им всё время приходится переносить свои яйца между гнёздами. Королевы и рабочие постоянно перемещаются из гнезда в гнездо, редко оставаясь на одном месте долгое время.

Несмотря на своё название, аргентинские муравьи жили на территории Соединённых штатов в течение более 120 муравьиных поколений, которые равны примерно году из-за их короткого срока жизни. Это была борьба. Окружающая среда в Северной Америке сильно отличается от тропических экосистем, где данные насекомые изначально эволюционировали. Эти муравьи должны были стать городскими видами, чтобы выжить, обитая почти исключительно в городах и сельскохозяйственных районах, где водопровод и орошения обеспечивают воду, в которой они отчаянно нуждаются. Целиком благодаря людям, аргентинские муравьи стали доминирующим видом муравьев в городах Калифорнии, изгоняя десятки местных. Сегодня они фактически вторглись в большинство земельных массивов мира, в том числе Северную Америку, Европу, Австралию, Африку, Азию и достаточно много островов.

Эти захватчики также развили социальное поведение, которое заметно отличается от поведения их родственников в Южной Америке.  Они стали умело жить в городах, создавая сети гнёзд внутри и снаружи человеческих домов и добывая воду из труб, которые обслуживают их ленивых человеческих соседей. Они также стали более мирными, или хотя бы менее воинственными. В своих естественных средах обитания, аргентинские колонии часто сражаются друг с другом на границах своих территорий. В остальном мире такое поведение очень редко. Аргентинские муравьи за рубежом из разных колоний относятся друг к другу как двоюродные братья, воюя очень редко. Благодаря доступным ресурсам городов и не имея естественных врагов, они в настоящее время процветают.

Муравьиный прогресс по всему земному шару напоминает человеческий. Наблюдение за незваными гостями моего дома неосторожно затянуло меня в одну из самых увлекательных историй видовой экспансии в новейшей истории.

 

Иммиграция насекомых в 19 веке

В течение почти двух столетий судьба L. humile была плотно переплетена с судьбой Human Sapiens. Всё началось, когда муравьи прибыли в Калифорнию — как и люди, на грузовых судах.

В джунглях Южной Америки L. humile жили в относительно небольших колониях, сосредоточенных вокруг деревьев. Хотя они могут есть практически всё, аргентинские муравьи любят выращивать тлей и червецов и доить этих едоков листьев из-за их сладких выделений. Мы не знаем многого о хищниках среди муравьёв, но энтомологи вроде Алекса Уайльда наблюдали войны между колониями в их родных ареалах. Вполне возможно, что эти внутривидовые военные держали свое население под контролем.

Уайльд также отмечает, что нет «ничего особенного» в этих муравьях, которые колонизировали большую часть мира всего за столетие. «Их рабочие просты и невыразительны» говорит он. «У них нет толстой брони или обширных колючек (как у других видов). Они довольно хлипкие». Каждое эволюционное развитие является компромиссом, и аргентинские муравьи выжили, производя, по словам Уайльда «дешёвую армию роботов». В их естественных ареалах обитания эти хлипкие муравьи живут очень небольшими размерами популяции, которая ограничивается их более бронированными соседями.

Puerto_Rosario_1868-1280x1412

Пуэрто Росарио в 1868 году, где аргентинские муравьи, возможно, стали попадать на борт и нашли свой путь в мир. Генетический анализ показывает, что большинство аргентинских муравьёв в мире ведут свою родословную от тех насекомых, которые жили рядом с этим портом.

Но в 19 веке ситуация стала меняться. Люди вторглись в среду обитания муравьёв, превращая километры деревьев в города, которые обслуживали международные компании, занятые импортом и экспортом всего — от сахара до рабов. Невозможно сказать когда именно аргентинские муравьи попали на борт грузового судна и пересекли Атлантику вместе с другими растениями и животными. Энтомологи впервые наблюдали их за пределами Южной Америки в Новом Орлеане и на острове Мадейра, у побережья Португалии в 1880е годы. Показательно, что это происходило рядом с портами, в которые приходили грузы из Аргентины.

Учёный-эколог Нил Цуцуи из Калифорнийского университета в Беркли приложил немалые усилия, чтобы выделить последовательности генома L. humile и выяснить, где возникла группа, попавшая в Америку. Он и его международная команда коллег опубликовали результаты анализа в 2011 году. Они сравнили геномы аргентинских муравьёв в Калифорнии с теми, которые присутствуют в нативных популяциях, и Цуцуи рассказал Ars Technica, что они были удивлены результатами. «Я ожидал, что их родиной будет Буэнос Айрес, но на самом деле им оказался город выше по течению под названием Росарио» — сказал он — «оказывается, что в конце 19 века, когда муравьи отправились в своё путешествие, Росарио был более крупным портом, чем Буэнос Айрес. Так что имеет смысл считать его в качестве источника колонизаторов».

Генетические данные подтверждают идею о том, что муравьи проложили свой путь из порта Росарио по всему земному шару. Последующие наблюдения в Соединённых штатах показывают, что они «нелегально» ехали из Нового Орлеана на поездах и в конечном итоге прибыли в Калифорнию в 1904 году. Грузовики, возможно, развезли их по всему штату. Но как такие хрупкие существа выжили в этих путешествиях внутри гигантских машин и превратились в настоящие империи насекомых? С их бесконечными королевами и кочевым образом жизни, они, как оказалось, обладают уникальной адаптивностью.

 

Сезоны жизни муравьёв

В Стэндфордской лаборатории Деборы Гордон находится группа учёных, которые наблюдают за жизнью аргентинских муравьёв в естественных условиях. Они ходят к маленькой треугольной рощице из деревьев, которая с трёх сторон огорожена асфальтовыми дорожками. Так как аргентинские муравьи адаптированы к человеческим ландшафтам, лучшее место, где их можно найти — это среди людей. Одним безоблачным днём в конце июля, я присоединилась к учёному магистранту Дилану МакАртуру-Вальцу в его походе по местным гнёздам.

Для того, чтобы отслеживать передвижение насекомых, постоянно меняющих свои гнёзда, учёные вроде МакАртура-Вальца рисуют муравьиные карты. Деревья (и одна корзина для мусора) представлены в виде больших кругов и служат для ориентировки в районе исследования. Мы смотрим на трещины и дыры, в которые заползают муравьи, они аккуратно обозначены на карте как гнёзда. Тропы обозначены волнистыми линиями, нарисованными карандашом. Некоторые из них ведут к другим гнёздам, другие — к верхушкам деревьев, где муравьи выращивают тлей. Муравьи, которые спускаются со стволов, наполнены нектаром, их животы вздуты и полупрозрачны. «Так мы можем понять, что они что-то там съели» — объясняет МакАртур-Вальц, указывая на распухших насекомых.

antmap-1280x1009

Дилан МакАртур-Вальц держит карту передвижения аргентинских муравьёв, часть исследования лаборатории Деборы Гордон в Стэндфордском университете.

Если какой-то шаблон в расположении сети аргентинских муравьёв Стэнфорда, или же их поведение — это «хаос и приспособляемость?» — задаётся вопросом он. Дебора Гордон, которая возглавляет лабораторию, в которой МакАртур-Вальц ведёт своё исследование, говорит, что аргентинские муравьи имеют как правило 20-30 гнёзд как часть постоянно развивающейся сети. Отдельные муравьи идут по тропам между гнёздами, а матки и выводки распределены между несколькими муравейниками. Пока мы пробирались через листья в поисках троп, МакАртур-Вальц объяснял, что он наблюдал за муравьями в течение года, став свидетелем одного цикла их трансформации.

В зимний период их сеть сократилась всего до двух гнёзд, которые были расположены внутри крепких деревьев. Остальная область была захвачена другим видом, который называется зимние муравьи. По мере приближения весны зимние муравьи отступали, и два гнезда аргентинцев вновь расширили свою сеть до 20-30 гнёзд в течение нескольких недель. В этом микромире хорошо видно как эти муравьи смогли распространиться по всем континентам на планете.

humile17-XL (1)

Аргентинские муравьи выращивают червецов, похожих на тлей, на оранжевом дереве в Дэвис, Калифорния. Муравьи доят насекомых для получения выделений — сладкого нектара.

Но весна — не только сезон экспансии. Для аргентинских муравьёв это также время ежегодной жертвы. Вдали от человеческих глаз, в неглубоких туннелях под стволами деревьев и под землёй, рабочие муравьи убивают 90 процентов своих королев. По некоторым оценкам количество королев сокращается с 30 процентов от популяции до менее чем 5. Сложно сказать почему рабочие делают это в начале брачного сезона, Цуцуи назвал это «таинственным и странным поведением». До сих пор учёные не могут ответить на вопрос, меняет ли это ежегодное жертвоприношение генетический состав колонии. Судя по всему, королевы погибают вне зависимости от возраста, здоровья или генетического родства с оставшимися сёстрами.

После того, как королевы получают своё наказание, начинается брачный сезон. Макартур-Вальц показал мне линию муравьёв, несущую крошечный белый выводок от входа в гнездо, которое располагалось у основания их «зимнего дерева» в другой муравейник, находящийся в трещине коры. Результаты брачного сезона можно наблюдать везде, хотя есть еще некоторые дамы и господа, ожидающие спаривания. На заднем дворе у себя дома в Сан-Франциско я наблюдала за двумя крылатыми самцами, неуверенно передвигающимися по пути между гнёздами. Каждый год в течение короткого периода, неспарившиеся королевы и самцы отращивают крылья, чтобы улететь к новым гнёздам и привнести в них генетическое разнообразие. Самцы которых я видела, вероятно, собирались улетать или только приземлились в поисках местных королев.

 

Городские захватчики

Когда я спросил Гордон о муравьях в моём доме, она объяснила, что они, возможно, живут в гнезде, которое построили в моём доме. Я могла видеть оживлённые тропы между гнёздами на заднем дворе и щелями в здании. Теперь я представляю их в стенах, передвигающихся вокруг старых частей изоляции и столетних опорных балок.

L. humile полагаются на уже готовые структуры в поисках убежища и воды. «В Сан-Франциско есть два пиковых периода, когда они проникают внутрь домов» — объясняет Гордон. «Зимой, когда идёт дождь, они приходят по трубам, потому что внутри тепло и сухо». Но пиковое время — в сентябре и октябре, когда снаружи жарко и сухо. Они прокладывают свой путь вперёд, идя по следу конденсата от трубы. Если они пришли в ваш дом и решили, что это место приемлемо, королева и несколько рабочих придут внутрь». Вопреки распространённым представлениям, муравьи не проникают в жилища чтобы найти пищу. В основном они ищут воду, а «пища, судя по всему, лишь дополнительный бонус» — говорит Гордон.

Так что если вы удивляетесь почему в ваш дом словно по часам каждую зиму и лето вторгаются муравьи, то причина в естественном жизненном цикле этих насекомых. Они живут в той же самой среде что и вы. С их точки зрения это вы пытаетесь вытеснить их из жилища, которое принадлежит муравьям по праву — и они выкинули бы вас наружу если бы могли. Именно такую стратегию поведения они использовали по отношению к большинству местных муравьёв в Сан-Франциско.

Часть района исследований в кампусе Стэндфордского университета, где учёный-магистрант Дилан МакАртур рисовал карту гнёзд аргентинских муравьёв.

Часть района исследований в кампусе Стэндфордского университета, где учёный-магистрант Дилан МакАртур рисовал карту гнёзд аргентинских муравьёв.

Главный вход в зимнее гнездо аргентинских муравьев в кампусе Стэндфордского университета.

Главный вход в зимнее гнездо аргентинских муравьев в кампусе Стэндфордского университета.

33

Дверь, ведущая к муравьиной инсталляции Деборы Гордон предупреждает обслуживающий персонал держаться подальше и не убирать (на полу могут быть бродячие муравьи!).

В лаборатории Деборы Гордон в Стэнфорде небольшая группа муравьёв-жнецов переносит семена в клетке. Исследователи покрасили её стены флуоном, скользким веществом, которое отгоняет муравьёв от выхода

В лаборатории Деборы Гордон в Стэнфорде небольшая группа муравьёв-жнецов переносит семена в клетке. Исследователи покрасили её стены флуоном, скользким веществом, которое отгоняет муравьёв от выхода

Исследователь Г.И. Ли изучает муравьёв-древоточцев в лаборатории Деборы Гордон в Стэнфорде. Муравьи создают комнаты внутри этих пластиковых чашек, ухаживают за выводком и хранят пищу.

Исследователь Г.И. Ли изучает муравьёв-древоточцев в лаборатории Деборы Гордон в Стэнфорде. Муравьи создают комнаты внутри этих пластиковых чашек, ухаживают за выводком и хранят пищу.

Инсталляция муравьёв-плотников, созданная Г.И. Ли в лаборатории Деборы Гордон в Стэндфордском университете.

Инсталляция муравьёв-плотников, созданная Г.И. Ли в лаборатории Деборы Гордон в Стэндфордском университете.

Чтобы защитить территорию, аргентинские муравьи нападают на другие виды муравьёв, но в основном они заставляют их голодать, потребляя все ресурсы. Уайльд объясняет стратегию насекомых, сравнивая её с Walmart:

Их колонии связаны в более широком масштабе, так что индивидуальные гнёзда могут долгое время работать в убыток, пока не выдавят конкурентов из бизнеса. В Калифорнии, колонии местных муравьёв локальные и маленькие. Аргентинцы распространяют гнёзда и могут импортировать в них ресурсы откуда угодно. Они управляют гнёздами-сателлитами в убыток, подобно нашим большим франшизам

Аргентинские муравьи разрушают природные экосистемы, вытесняя местных муравьёв. Энтомолог Университета штата Иллинойс в Урбана-Шампейн Энди Суарес рассказал ARS Technica, что местные муравьи оказывают ценные услуги окружающей среде, и когда аргентинцы их вытесняют, последствия приходится ощущать на себе сразу нескольким видам.

К примеру, калифорнийские муравьи-жнецы закапывают семена глубоко в землю и аэрируют почву, что очень полезно для деревьев. Но когда аргентинские муравьи изгоняют жнецов, почва получает меньше абсорбента и деревьям достаётся недостаточно воды. Кроме того, муравьями-жнецами питаются прибрежные рогатые ящерицы. Без жнецов эти ящерицы могут вымереть. «Уход местных видов рушит экосистему» поясняет Суарес. В конечном счёте аргентинские муравьи не только убивают других муравьёв — они вредят также деревьям и ящерицам, а их потеря соответственно будет влиять на другие виды, и так далее, что потенциально может стать причиной десятков вымираний, вызванной одной очень упорной группой вредителей.

 

От войны к суперколониям

Суарес, который составил карту глобальной экспансии муравьёв, рассказал, что они уже колонизировали США с поразительной скоростью, потому что они достигают новых мест обитания на неестественных скоростях. Как и люди, они передвигаются с помощью поездов и грузовиков. Это единственный вариант объяснить их появление в Калифорнии в 1904 году, менее чем через два десятилетия после того, как их впервые заметили в порту Нового Орлеана, ногами они бы не могли так быстро преодолеть это расстояние. Показательно, что большинство ранних наблюдений аргентинских муравьев в США происходило в городах вдоль железнодорожной линии Sunset Limited, которая тянулась из Нового Орлеана в Лос-Анджелесе через Техас.

Так что благодаря современным средствам передвижения одна небольшая группа муравьёв из порта Росарио смогла колонизировать большую часть США и большинство стран мира. Это создало генетическое бутылочное горлышко, известное как «эффект основателя», из-за которого генофонд сжимается каждый раз, когда популяция основывает новую колонию, затем ещё и ещё одну и так далее. В результате почти каждый аргентинский муравей в Калифорнии состоит в родстве между собой. Генетически они образуют нечто, что некоторые учёные называют «суперколонией«. Калифорнийская суперколония также тесно связана с суперколониями в Японии и Испании. И это стало причиной странного нового вида поведения у этих муравьев.

Аргентинские муравьи в Австралии совместно пьют сахарную воду

Аргентинские муравьи в Австралии совместно пьют сахарную воду

Как отмечалось ранее, в Южной Америке эти местные муравьи ведут войны — одна колония бьётся с муравьями из других. Гордон объясняет, что каждый муравей имеет тонкий слой смазки, покрывающий всё его тело, по запаху которого его собратья могут выяснить, откуда он пришёл и что делал в последнее время. Цуцуи говорит, что любой муравей, который пахнет запахом другой колонии, будет атакован. Но этого почти никогда не происходит в Калифорнии. Когда аргентинские муравьи из разных колоний встречаются, они обнюхивают друг друга и движутся вперёд. То же поведение демонстрируют аргентинские муравьи из Японии и Средиземноморья. Если же разместить группу насекомых из разных стран вместе в лаборатории, что сделала одна из команд учёных, они относятся друг к другу как соратники. Гордон предупреждает, что это не означает будто все аргентинские муравьи в Калифорнии функционируют как единая колония, они не делятся пищей, гнёздами или выводком. Но они и не воюют друг с другом.

Инвазивная версия гласит, что аргентинский муравей стал генетически и поведенчески отличаться от своих предков в Южной Америке. Потеря стремления бороться друг с другом также имеет очевидные преимущества. Межколониальная война без сомнения ограничивала их популяции у себя дома. Но в Калифорнии они могут расширяться не опасаясь каких-либо естественных хищников, в том числе и себя.

 

Муравьиная коммуникация

Это не означает, что муравьи время от времени не представляют для себя опасности. Вот пример: несчастные люди часто обнаруживают большую груду мёртвых аргентинских муравьёв в своих морозильниках. Почему они продолжают ползти к ледяной смерти даже после того, как многие их соратники умерли? Это оставалось полнейшей загадкой до тех пор, пока Гордон, Цуцуи и другие учёные не разобрались в том, как эти насекомые общаются. Как и большинство муравьёв,  L. humile передаёт информацию своим партнёрам с помощью химических веществ, называемых феромонами. Они могут смешивать десятки химических комбинаций из органов по всему телу, извергая их в воздух или оставляя на земле. Возможно лучшим примером этой коммуникации является простой феромоновый след, смесь двух химических соединений, которую аргентинский муравей оставляет на земле, чтобы дать сигнал соратникам — «следуйте сюда!»

Что является необычным в аргентинских муравьях, так это то, что они оставляют этот феромоновый след постоянно. Это может помочь насекомым завербовать друг друга для своих операций по поиску и добыче пищи («просто следуй по тропе, которую я уже создал!»), но также может быть смертельным, если тропа ведёт в морозильник. Гордон считает, что братские могилы в морозильниках становятся результатом всего одной неверной тропы. Один предприимчивый муравей находит привлекательный аромат в морозильной подкладке, забирается внутрь, а затем замерзает прежде, чем сможет убежать. Его собратья идут за ним, и чем больше их приходит, тем сильнее становится феромоновый след позади. В конечном счёте это приводит к странным, постоянно растущим кучам замороженных муравьёв — а также серьёзно огорчённым людям, которым не нравится есть еду, покрытую мёртвыми насекомыми.

В лаборатории Цуцуи в Беркли, исследователи пытаются взломать код муравьиных феромонов. Они уже зашли так далеко, что можно сказать, будто они могут немного разговаривать на языке аргентинских муравьёв. Чтобы сделать это, команда использовала газовый хроматограф и масс-спектрометр для химического анализа, а также совсем не технологичные бумагу и проволоку для манипулирования насекомыми. Сначала исследователи тщательно проанализировали химические вещества, оставленные аргентинцами, которые прошли по проволоке чтобы добраться до пищи. Их цель состояла в том, чтобы расшифровать след муравьиного феромона, который оказался комбинацией двух химических элементов, привлекавших других муравьёв. Затем команда Цуцуи синтезировала свою версию химического вещества чтобы посмотреть, привлечёт ли аргентинцев она. Это сработало. Добавление феромона ещё одного муравья сделало след более привлекательным, так что Цуцуи считает, что они в настоящее время обнаружили два химических вещества, которые привлекают данных насекомых. Далее команда учёных выяснила как изменить химические вещества на коже L. humile, чтобы соратники не признавали его в качестве компаньона. После его применения насекомые напали друг на друга. Теперь люди по точно знают две фразы на языке феромонов аргентинского муравья: «следуй по тропе!» и «Атакуй!».

Злющий маленький аргентинский муравей (Linepithema humile) атакует гораздо большего огненного муравья (Solenopsis Invicta). Оба вида сосуществуют в субтропической Южной Америке, но и в южной части Соединенных Штатов, где они случайно оказались, огненные муравьи выгнали аргентинских. Остин, штат Техас, США.

Злющий маленький аргентинский муравей (Linepithema humile) атакует гораздо большего огненного муравья (Solenopsis Invicta). Оба вида сосуществуют в субтропической Южной Америке, но и в южной части Соединенных Штатов, где они случайно оказались, огненные муравьи выгнали аргентинских. Остин, штат Техас, США.

Хотя муравьи используют, возможно, сотни других химических соединений для коммуникации, Цуцуи думает, что мы знаем теперь достаточно, чтобы эффективно бороться с вредителями в наших домах. «Если вы разместите жидкую приманку с феромонами, то сможете привлечь больше муравьёв и потратите меньше пестицидов» — говорит он — мы будем тратить меньше яда, используя язык муравьёв чтобы повлиять на их поведение». После этого Цуцуи хочет расшифровать тревожный феромон: «если вы увидите их бредущими по тропе и дунете на них, они попытаются разбежаться. Это происходит потому, что они испускают феромон тревоги, предупреждая товарищей, что происходит что-то страшное. Он распространяется по всему воздуху. Мы хотим идентифицировать состав данного феромона». Тревожные феромоны также могут использоваться для борьбы с насекомыми.

Гордон обнаружила, что феромоны — только часть уравнения муравьиного языка. Как она объясняет в своей захватывающей книге «Столкновения муравьёв: взаимодействие сетей и поведение колоний», у муравьёв не иерархической структуры, в которой королева говорит рабочим что им делать. Вместо этого они обладают стихийным интеллектом, когда муравьи определяют действия отслеживая поведение своих собратьев. По мере того, как аргентинцы взаимодействуют друг с другом на тропах или в гнёздах, они используют свои усики чтобы учуять запах смазки на коже друг друга. Различные активности отражаются на запахе — и муравей может понять когда его соратник работал в гнезде, собирал пищу на улице или занимался другим делом.

 

 

В зоне исследований Стэнфордского университета учёные пометили желтой краской популярную муравьиную тропу. Исследователи надеются, что муравьи будут прохидить через эти метки, а полученные данные можно будет использовать для проверки научных гипотез

Муравьи следят за частотой, с которой им встречаются другие собратья, и если они например, замечают внезапное увеличения количества тех, кто несёт пищу, они скорее всего откажутся от своей работы и начнут заниматься тем же. То же касается и других действий. Чем больше муравьёв делает что-то, тем скорее остальные начнут делать это тоже. Таким образом, аргентинские муравьи распределяют труд в зависимости от потребностей а не от предопределённого плана. Это может объяснить почему во многих муравьиных колониях можно обнаружить большую группу «ленивцев», которые просто сидят в гнезде и ничего не делают. Они ждут действия феромона или примера товарищей.

Поведение аргентинских муравьёв отличается от стереотипа, который часто можно встретить в популярных фильмах вроде «Муравья Антца», согласно которому каждому муравью от рождения принадлежит определённая роль и он следует ей пока не умрёт. Вместо этого поведение L. humile динамично. Дворник может стать добытчиком пищи если потребуется. Всё зависит от того что они чуют и как много их них делает что-то определённое.

 

Может ли быть мир между людьми и аргентинскими муравьями?

Никто из тех, с кем я беседовала, не сказал ничего хорошего об аргентинских муравьях. Уайльд сравнил их с Боргами из Стар Трека, которые существуют только для того, чтобы ассимилировать другие виды. Гордон рассказала, что не держит их в своей лаборатории, потому что они могут попасть в контейнеры к другим насекомым, она проводит больше времени с муравьями-жнецами. Суарес начал своё объяснение их негативного влияния на окружающую среду со слов «я не хочу казаться предвзятым к определённому виду, но…». Даже Цацуи, который пытается коммуницировать с муравьями, надеется, что его исследования позволят нам создать лучшие исектициды. В отличие от обычных муравьёв, аргентинцы не приносят пользы окружающей среде. Они убивают своих соседей и вторгаются в человеческие дома. Лучшее, что можно сказать о них — то, что они очень хорошо адаптируются, как заметил МакАртур-Вальц.

С другой стороны, аргентинские муравьи очень похожи на индустриализированных людей. Чтобы полностью избавиться от них, нам придётся ограничить привычный городской образа жизни. Это означает отказ, например, от разбрызгивателей для полива газонов, ведь муравьи очень любят использовать их в качестве источника воды. Нам придется научиться приспосабливаться к природным экосистемам в землях, в которые мы вторглись, а не пытаться превратить каждую в пышный зеленый рай. В Калифорнии, говорит Суарес, это также легко (или сложно) как и позволить окружающей среде вернуться к её натуральному, сухому состоянию. «Аргентинским муравьям требуется гораздо более влажная окружающая среда, чем та, что естественна для Калифорнии. Города создают воду». Всё что нам нужно сделать, это избавиться от наших «зелёных лужаек», посадив «чапараль и шалфей, которые высушат всё вокруг чтобы помочь окружающей среде, пригодной для местных видов, и аргентинские муравьи перестанут появляться». Уайльд согласен с Суаресом: «просто перестаньте поливать свой газон и вы решите проблему аргентинских муравьёв».

Мои соседи и я уже пробовали данный метод, наш задний двор засажен местными суккулентами и цветами. И тем не менее я обнаружила два новых гнезда L. humile в груде сырых листьев, собранных в последней месяц под кустами. Наблюдая за тем, как муравьи убегают — возможно подвергаясь действию своего тревожного феромона, обнаруженного Цуцуи — я ничего не могла поделать с тем, что чувствовала жалость к ним. В конце-концов я разрушила их временные жилища. Поэтому я оставила небольшой кусочек измельчённого фрукта с одного из наших деревьев рядом с одним из муравьиных входов.

Зовите меня антропоморфайзером если хотите. Но даже если мы усадим всё вокруг местными растениями, города всё также останутся пронизанными водопроводными трубами, которые помогут L. humile пережить любую жару. Возможно мы сможем снизить их численность, но не изгнать совсем. Они жили в Калифорнии 120 лет, что эквивалентно 120 поколениям. Почему мы всегда воспринимаем их как захватчиков? Может быть стоит научиться жить с ними в гармонии? К сожалению для тех из нас, кто симпатизирует этим насекомым-иммигрантам, жить вместе с муравьями означает убивать некоторых из них. Мы пока не владеем языком аргентинских муравьёв в достаточной степени, чтобы вежливо попросить их прекратить вторжение в наши дома и экосистемы. Но, используя яды и иссушая свои дворы мы можем управлять их численностью таким образом, что они будут наносить меньший вред другим животным.

Оказывается, лучший способ покончить с вторжением аргентинских муравьёв — это понять как живут эти существа. Вместо того, чтобы везде распылять Raid, найдите входы в гнездо и запечатайте их. Почините текущие трубы в своих стенах. Помните, что они только сезонные захватчики, так что они не будут рядом с вами всё время. Я снизила количество муравьёв в своём доме до приемлемых значений просто заделав часть дыр, с помощью которых они проникали внутрь. Если я вижу, что они начинают проникать со стороны их любимой трещины рядом с кошачьей кормушкой, я размещаю жидкую приманку с ядом и сахаром. Это отвлекает муравьёв от кошачьего корма. Плюс они несут отраву в гнёзда и она распространяется среди членов колонии. Выбирая яд, я также минимизирую их влияние на все другие жизненные формы вокруг меня.

Несмотря на свои сложные системы взаимосвязи, мои муравьиные сожители пока не усвоили, что пластиковые сахарные коробки означают смерть. Нет, я не в состоянии изгнать их полностью, но могу смириться с ними до тех пор, пока они придерживаются своей территории на заднем дворе. Можно сказать, что я достигла с муравьями чего-то вроде перемирия, как минимум на данный момент.

Эннели Ньювитз — редактор разделов культуры и техники портала Ars Technica. Она также автор книги «Рассеивание, адаптация и воспоминание: как люди будут выживать при массовом вымирании видов», и её первый роман будет опубликован в 2017 году.

Оригинал: Ars Technica

Похожие Записи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Последние <span>истории</span>

Поиск описаний функциональности, введя ключевое слово и нажмите enter, чтобы начать поиск.